На кредитора хотят переложить все финансовые риски

Начальник управления правовой методологии и нормативного обеспечения VAB Банка Дмитрий Богатырев рассказал Maanimo.com, чего ждать заемщикам после принятия нового законопроекта о потребкредитовании:

— Дмитрий, дайте оценку требованиям выдвигаемым законопроектом, обнародованным на прошлой неделе, к заемщикам?

— В части требований к заемщикам законопроект оговаривает только соответствие доходов клиента нормам внутренних правил банка о потребительском кредитовании, то есть фактически речь идет о соблюдении одного из принципов кредитования – кредитоспособности заемщика. Трудно назвать эту норму новшеством, поскольку аналогичные требования всегда содержались во внутренних политиках всех банков. Кроме того, определение понятия «потребитель» разнится в ч.2 ст.1 и ч.1 ст.7. Вместе с тем, ч.1 ст.6 предоставляет право банкам расширять спектр требований к заемщику по сравнению с установленными законопроектом.

— Насколько и в чем именно они отличаются от действующих до кризиса кредитных требований? 

— Если не брать во внимание требования к гражданской правосубъектности, то на сегодня требования к заемщику на законодательном уровне никогда не формулировались и сейчас они тоже отсутствуют. Требование о том, что заемщик обязан предоставить при получении кредита правдивые сведения о себе, как и право банка не выдать кредит, если заемщик нарушил эту обязанность, выглядит парадоксально. О какой выдаче кредита может идти речь, если заемщик ввел банк в заблуждение относительно своей личности, уровня своего дохода и т.д.?

— Назовите плюсы и минусы новых правил для всех сторон

— Кредитор не получает никаких дополнительных инструментов для влияния на платежную дисциплину заемщика по сравнению с существующими. Наоборот, во многих моментах его права и интересы будут ограничены новым законом. В то же время заемщик, наоборот, получает массу дополнительных преференций.

Например, банкам запрещено устанавливать другую неустойку, кроме пени в размере двойной учетной ставки НБУ (15% годовых). Кроме того, банк обязан бесплатно по первому требованию заемщика на протяжении одного дня предоставить ему всю информацию и документы относительно платежей по договору, хотя это в разы увеличит операционные и административные затраты банка. 

Любые уведомления заемщику банк должен делать рекомендованным письмом. Кроме того, кредитный договор, согласно предложенному законопроекту, очень легко расторгнуть: достаточно, если  заемщик оценит договор как несоответствующий его ожиданиям  (ч.13 ст.11). В случае отказа от потребительского кредита, заемщик должен будет досрочно вернуть сумму займа с небольшой доплатой (1/200 суммы, например, при кредите в 50 000 гривен, это составляет 250 гривен). Зато банку и всем третьим лицам, участвовавшим в сделке, необходимо будет в кратчайший срок предпринять целый ряд затратных процедур, на обеспечение которых уходят гораздо большие суммы. 

Кроме других «нюансов», с которыми в таких случаях столкнется банк, — это необходимость корректировать налоговую отчетность. Также договор легко признать беспроцентным. Например, если шрифт договора со всеми приложениями (а это может быть более 10 страниц текста) хоть в одном месте больше или меньше размера шрифта основной массы текста. Или если нотариус, оценщик  либо кредитный брокер взял за свои услуги хотя бы на 5 гривен больше, чем было прописано в сообщении банка о стоимости дополнительных услуг. Либо если клиент сделает заявление о том, что договор не был ему предоставлен в письменном виде, и т.д. (ч.7 ст.14).

Для банков ситуация усугубляется тем, что данным законопроектом  запрещается передача коллекторам кредитов, сумма которых меньше 50 минимальных зарплат (около 50 000 гривен). Но, во-первых, в потребительском портфеле банков, которые активно развивают розницу, таких кредитов в большинстве случаев достаточно много. А во-вторых, банкам невыгодно самостоятельно заниматься их возвратом, поскольку в некоторых случаях суммы, потраченные  на борьбу с таким заемщиком, могут превысить сам кредит.

Еще один минус для кредиторов — запрет на удовлетворение требований к заемщику за счет иного, кроме заложенного, имущества. Дело в том, что с течением времени из-за износа или ценовых колебаний рыночная стоимость предмета обеспечения падает настолько, что уже не в состоянии обеспечить требования кредитора. А это затраты на резервы и прямые потери. Кроме того, обращение взыскания на заложенное имущество предлагается ограничить только судебным порядком, что само по себе затягивает процедуру возврата. Как будет справляться судебная система с таким количеством исков — тоже вопрос.  

Отдельных замечаний заслуживают так называемое ужесточение требований к содержанию рекламы и объему информации о потребительском кредите. Даже если не брать во внимание, что рекламирование услуг банка на предлагаемых условиях невозможно физически, достаточно и того, что на банк автоматически возлагается ответственность за действия других участников кредитного процесса (агентов, оценщиков, нотариусов, страховщиков и т.п.).

Кроме того, предлагается унифицировать порядок расчета изменяемой процентной ставки, отдав этот вопрос на полностью на откуп регулятору. На текущий момент изменяемая процентная ставка привязывается к объективным показателям и регулируется договором сторон, что, по нашему мнению, оставляет гораздо больше пространства для выбора клиента и возможностей предложения ему оптимальных компромиссных решений со стороны участников рынка.  

— Можно ли ожидать увеличения/уменьшения объемов кредитования населения в связи с документом со стороны банков?

— С наибольшей вероятностью можно ожидать уменьшение объемов кредитования. Причем именно резкого. Потому что выполнить все требования нового закона, в случае его принятия в предложенной редакции, будет очень сложно и затратно для банков, что, скорее всего, отразится на объемах кредитования. При этом даже если банку удастся выстроить все процессы так, что б предоставлять тысячи кредитов в месяц (а только этот объем интересен для данного сегмента бизнеса) и при этом ни разу не ошибиться, он не сможет полностью защитить себя от риска того, что выданный кредит недобросовестный заемщик не попытается превратить в беспроцентный. Фактически законопроект возлагает все финансовые риски кредитования на кредитора и лишает банки инструмента, который был бы направлен на стимулирование кредитной активности.